Синдром хикикомори был широко распространен в Японии, но за последние два года стал одним из психологических последствий пандемии Covid-19 во всем мире, включая Россию. Некоторое время назад группа японских ученых определила ряд биологических маркеров, благодаря которым можно различать здоровых и “больных” людей и, таким образом, делать всё более точные и быстрые диагнозы этого состояния.

Они закрываются в комнате, избегая друзей и даже близких членов семьи, самыми сильными чувствами становятся вялость и необщительность, что, в конечном счете, приводит к патологическим состояниям.

Долгое время хикикомори, то есть те, кто решил изолировать себя от общества, отказавшись от каких-либо контактов с внешним миром, казались довольно редким явлением, к тому же, ограниченным Японией: подсчитано, что в Стране Восходящего Солнца насчитывается почти миллион человек, страдающих синдромом хикикомори.

Затем пришла пандемия и всё, что с ней связано: изоляция, маски, ограничения, страх заражения и, следовательно, страх перед другими людьми, пинг-понг с вакцинами, наконец, страх смерти.

Патологическая социальная изоляция, называемая синдромом хикикомори за эти два года стала ещё одним побочным ущербом от пандемии, только теперь синдром из Японии распространился на весь мир.

Как и во многих других расстройствах психологической сферы, распознать симптомы синдрома хикикомори и знать, как его «поймать вовремя» — непросто.

Однако некоторое время назад группа японских исследователей из Университета Кюсю в Фукуоке, Япония, сумела определить некоторые специфические маркеры в крови: подсказки, благодаря которым стало можно отличить здоровых людей и хикикомори, а также определить тяжесть состояния. С помощью определённых анализов уже в недалеком будущем можно будет быстро диагностировать хикикомори, и следовательно, начать лечение на ранних стадиях.

Исследование, опубликованное в журнале Dialogues in Clinical Neuroscience – стало первым исследованием в мире, полностью посвященном только синдрому хикикомори с целью развития системы поддержки для пациентов, основанной на понимании биологического, психологического и социального состояния.

Японские исследователи попытались выделить биологические корреляты патологии, весьма похожей на другие психические состояния, такие как депрессия, шизофрения, социальная тревога.

Так, они собрали плазму 42 человек хикикомори и сравнили её с плазмой, взятой у здоровых людей, проанализировав различия между 127 молекулами, включая сахара, аминокислоты и белки.

Полученные результаты показали, что в крови хикикомори были более высокие уровни орнитина, длинноцепочечных ацил-карнитинов и фермента аргиназы, в отличие от билирубина и аргинина.

Исследователи объяснили, что орнитин — аминокислота, вырабатываемая с помощью фермента аргиназы: жизненно важная молекула, среди прочего, для регуляции артериального давления.

Что касается билирубина, который вырабатывается печенью в результате расщепления эритроцитов и часто используется в качестве индикатора правильной функции печени, выяснилось, что у пациентов с депрессией и сезонным аффективным расстройством уровень билирубина в крови ниже.

Не углубляясь дальше в медицинские термины, скажем только, что у пациентов с депрессивными состояниями и у пациентов с синдромом хикикомори в анализах крови есть разница.

Эта разница позволила не только выделить биологические маркеры, присутствующие в крови пациентов с хикикомори, но и понимать, как далеко зашла болезнь.

Идентификация биомаркеров хикикомори — это первый шаг и к раскрытию биологических корней состояния и их связи с его серьезностью. Мы надеемся, что эти результаты приведут к открытию специализированного лечения и поддержке хикикомори”, — прокомментировал Такахиро А. Като, ведущий исследователь факультета медицинских наук Университета Кюсю.